Метод Каббалы





Рассуждая о методе Каббалы, один из древних рав­винов говорит, что ангел, спускающийся на землю, должен принимать человеческий образ, чтобы беседовать с людьми.

Дион Форчун.

Странная система символов, известная нам как Древо Жиз­ни, является попыткой свести к форме диаграммы каждую силу и фактор в проявленной вселенной и душе человека, сопоставить их друг с другом и, как на карте, показать их расширение, чтобы были видны относительные положения каждого элемента и прослежены взаимосвязи между ними. Короче, Древо Жизни является компактным изложением научных, психологических, философских и теологических знаний.

Все действия приступающего к изучению Каббалы в точности противоположны действиям изучающего естествен­ные науки: последний накапливает синтезирующие понятия, в то время как первый анализирует понятия абстрактные. Само собой разумеется, однако, что прежде чем какая-либо концепция может быть проанализирована, она должна быть вначале разработана. Кто-то должен был продумать прин­ципы, подытоженные в символе, который является объектом медитации каббалиста. Кем же были первые каббалисты, построившие всю схему в целом? По единодушному мнению раввинов, это были ангелы. Иными словами, это были сущес­тва совсем иного, нежели человек, уровня, которые и дали избранному народу его Каббалу.

Для современного разума это утверждение может показаться таким же абсурдным, как представление о там, что дети появляются на свет в капусте на огороде; но если мы изучим и сравним многие мистические религиозные системы, то обнаружим, что все просветленные были единодушны в этом вопросе, а именно —все мужчины и женщины, имевшие практический опыт духовной жизни, утверждали, что их обу­чали божественные существа. Мы поступим очень глупо, если не обратим внимания на подобные заявления, — и особенно те из нас, кто никогда не имел личного опыта дос­тижения высоких состояний сознания.

Некоторые психологи скажут, что ангелы в мировозз­рении каббалистов, так же, как в других системах боги и мифические прародители человечества вроде Ману, являют­ся нашими собственными подавленными комплексами; но есть и другие, с менее ограниченным кругозором, которые скажут, что эти божественные существа суть проявления скрытых потенций нашего собственного высшего Я. Для религиозного, искренне верующего мистика все подобные рассуждения совершенно не существенны; он достигает результатов — и это все, о чем он заботится; но мистик-философ или, другими словами, оккультист, продумывает этот вопрос и приходит к определенным выводам. Эти зак­лючения, однако, могут быть поняты только тогда, когда мы знаем, что подразумевается под реальностью, и проводим четкую демаркационную линию между субъективным и объективным. Любой изучавший философию знает, что здесь возникает масса вопросов.

Индийские метафизические школы обладают наиболее тщательно разработанными и сложными философскими сис­темами, в которых делается попытка определить рассматриваемые идеи и сделать их доступными осмыслению; и хотя поколения пророков посвятили свою жизнь решению этой задачи, эти концепции все еще остаются настолько абстракт­ными, что только после длительного курса обучения, на Востоке названного Йогой, разум способен понять их во всей полноте.

Каббалист приступает к работе иначе. Он не пытается заставить разум взлететь на крыльях метафизики в разрежен­ный воздух абстрактной реальности; он предлагает конкрет­ный наглядный символ и позволяет ему представлять ту абс­трактную реальность, которую иначе не способен воспринять неподготовленный человеческий ум.

Это в точности тот же принцип, который используется в алгебре. Пусть Х представляет неизвестную величину, У представляет половину X, а 2 — известную величину. Если мы начнем экспериментировать с У, чтобы выявить его связь и количественные отношения с 2, он вскоре перестанет быть полностью неизвестным; по крайней мере мы хоть что-нибудь узнаем о нем. И если мы достаточно искусны, то в конце концов сможем выразить У через 2, после чего начнем понимать X.

Существует масса символов, используемых в качестве объектов медитации: крест в христианстве; божественные формы в египетской системе; фаллические символы в других религиях. Эти символы используются непосвященными в качестве средства сосредоточения разума и погружения в определенные мысли, вызова определенных, связанных с ними идей и стимуляции конкретных ощущений. Посвящен­ный, однако, иначе использует систему символов; он исполь­зует ее как некоторую алгебру, с помощью которой узнает секреты неизвестных потенций. Другими словами, он исполь­зует символ как средство направления мысли на Невидимое и Непостижимое.

Как же он это делает? Это осуществляется путем использования составного символа, поскольку символ, не увязанный в согласованную систему, не приведет к цели. При созерцании такого составного символа, как Древо Жиз­ни, проясняется, что существуют определенные отношения между его частями. Есть части, о которых он кое-что знает; в отношении же других ему что-то подсказывает интуиция, или, проще говоря, он строит догадки, делая логические вы­воды из первоначальных принципов. Разум переходит от одной известной части к другой и при этом проходит, мета­форически выражаясь, определенные расстояния; он подобен путешественнику в пустыне, который знает расположение двух оазисов и делает форсированный бросок от одного из них к другому. Он никогда бы не осмелился отправиться в пустыню из первого оазиса, если бы не знал местоположения второго; но в конце путешествия он не только знает намного больше чем раньше, о втором оазисе, но и имеет представ­ление о характере местности между оазисами. Таким обра­зом, делая форсированные броски от оазиса к оазису через пустыню в ту или другую сторону, путник постепенно исс­ледует ее; тем не менее сама пустыня не способна поддер­живать жизнь.

Аналогичной является ситуация с каббалистической системой обозначений. Вещи, представляемые ею, непос­тижимы разумом — и тем не менее разуму удается думать о них, просматривая символ за символом. Хотя приходится довольствоваться как бы неясным отражением в стекле, тем не менее есть все основания надеяться на достижение в конце концов четкого понимания, которое возможно передать; так как человеческий разум развивается с помощью упражнений, то вещи, вначале непостижимые, как математика для ребен­ка, не справляющегося даже со сложением, в конечном счете входят в область нашего осознания. Обдумывая некоторую вещь, мы создаем в уме и связанные с нею понятия.

Говорят, что мысль вырастает из языка, а не язык из мысли. Символы являются для интуиции тем же, чем слова для мысли. Может показаться странным, что символ пред­шествует пояснению; именно поэтому мы утверждаем, что Каббала является растущей системой, а не историческим памятником. Сегодня из каббалистических символов можно извлечь больше, чем во времена Ветхого Завета, поскольку разум современного человека богат идеями. Насколько бога­че, например, смысл Сфиры Йесод, представляющей силы роста и воспроизведения, для биолога, чем для древнего рав­вина! Все, над чем нужно работать в связи с ростом и воспроизведением, подытоживается в Сфере Луны. Но в эту сферу входят Пути, представленные на Древе Жизни, ведущие к другим Сфирот; поэтому биолог-каббалист знает, что должны существовать определенные отношения между силами, относящимися к Сфире Йесод, которые представ­лены символами, присвоенными этим путям. Размышляя над этими символами, он улавливает проблески зависимостей, не проявляющиеся при рассмотрении материального аспекта вещей; и когда он приступает к проработке этого материала в процессе исследований, выясняется, что в нем скрыты важ­ные намеки; таким образом, на этом Древе одна вещь приводит к другой, и объяснения скрытых причин являются результатом рассмотрения пропорций и отношений различ­ных конкретных символов, образующих этот мощный син­тезированный глиф.

Каждый символ, кроме того, допускает интерпре­тации на различных уровнях и посредством астрологических связей может быть ассоциирован с богами любого пантеона, открывая таким образом новые обширные области следствий, в которых разум может странствовать бесконечно. Один сим­вол ассоциируется с другим символом, образуя цепочку ассоциаций; иногда символ подтверждает символ, когда раз­ветвленные нити вновь объединяются в один синтетический глиф. Кроме того, каждый символ доступен интерпретации в терминах любого плана, на котором может функционировать разум.

Этот мощный всеохватывающий глиф, представ­ляющий человеческую душу и вселенную, в силу логической взаимосвязи его символов пробуждает в уме образы; но воз­никновение образов не случайно, а следует по легко опреде­ляемым траекториям ассоциаций Универсального Разума. Символ Древа является для Универсального Разума тем же, чем мечта является для индивидуального эго: это глиф, син­тезированный из области подсознательного с целью представ­ления скрытых сил.

В действительности вселенная является мыслеформой, проецируемой из Божественного Разума. Каббалистичес­кое Древо подобно картине сна, возникшей из подсознания Бога: она олицетворяет содержание подсознания Божества. Иными словами, если вселенная является сознательным порождением ментальной активности Логоса, то Древо —это символическая интерпретация «сырого материала» Божест­венного сознания и тех процессов, посредством которых вселенная возникла.

Однако Древо применимо не только к Макрокосму, но и к Микрокосму, который, как представляют себе оккуль­тисты, является миниатюрной копией Макрокосма. Именно по этой причине возможны предсказания. Философским ба­зисом этого малоизвестного, не раз оклеветанного искусства является Система Связей или Соответствий, представленная символами Древа. Эти соответствия между душой человека и вселенной не являются произвольными, а возникают в результате тождественности развития. Определенные аспек­ты сознания были развиты как реакция на определенные фазы эволюции и поэтому воплощают те же самые прин­ципы; следовательно, они реагируют на те же самые воздейс­твия. Человеческая душа подобна заливу, соединенному с океаном скрытым каналом, хотя по всем внешним признакам он отделен от моря полосой земли, уровень воды в нем увеличивается или уменьшается одновременно с океанскими приливами и отливами по закону сообщающихся сосудов. Аналогично дело обстоит с человеческим сознанием —сущес­твует подсознательная связь каждой отдельной души с Ми­ровой душой, глубоко скрытая в самых первобытных глуби­нах подсознания. В результате мы участвуем в работе кос­мических приливов и отливов.

Каждый символ на Древе представляет космическую силу или фактор. Когда разум сосредоточивается на Древе, он входит в соприкосновение с соответствующей силой.

Другими словами, параллельный канал — канал в сознание — создается между ищущим разумом индивидуума и конкретным фактором в Мировой Душе. Через этот канал воды океана и проникают в залив. Учащийся, использующий Древо в качестве символа медитации, шаг за шагом отк­рывает союз своей души с Мировой Душой. Это приводит к притоку огромной энергии к человеческой душе; именно эта энергия наделяет нашу душу магическими силами.

Но точно так же, как вселенной должен править Бог, многогранной душой человека должен править ее бог — дух человека. Высшее Я должно властвовать над своей вселен­ной, в противном случае в ней появится неуравновешенная сила; каждый фактор будет управлять своим собственным аспектом, и все они будут воевать друг с другом. Это будет похоже на правление Царей Эдома, царства которых являют­ся неуравновешенной силой.

Так мы постигаем в Древе символическую структуру вселенной и человеческой души, а в легендах о нем — историю эволюции души и Путь Посвящения.






jAntivirus